Энергоатом: в рынок на социалистической телегеЭнергоатом: в рынок на социалистической телеге11 июля Кабмин рассмотрел и утвердил годовой финансовый план НАЭК “Энергоатом”. Анализ этого документа показал, что улучшения состояния атомной энергетики в 2013 году ожидать не стоит.

За несколько месяцев, которые прошли с момента появления предыдущего проекта финплана, правительство не сделало ничего, чтобы искоренить его недостатки. Новый глава ведомства Никита Константинов подал фактически ту же редакцию документа, что и его предшественник Виссарион Ким, которого уволили и отдали под следствие при таинственных обстоятельствах.

Стратегические риски для стратегической отрасли продолжают действовать.

Запоздалый финплан

12 апреля в статье “Энергоатом” мешает атомной энергетике” ЭП уже рассматривала проект финплана “Энергоатома” на 2013 год вместе с сопроводительными документами.

Как и прогнозировалось, финплан разработали и подали на утверждение правительства ближе к осени.

Причины затягивания сроков утверждения известны: Кабмин традиционно оттягивает эту процедуру как можно дольше, оставляя за собой возможность в любое время запустить руку в карман НАЭК с целью латания бюджетных дыр.

С этим же желанием может быть связано постоянное привлечение “Энергоатомом” все новых кредитов в поистине циклопических масштабах.

Хотя сам факт утверждения финплана компании на 2013 год в середине 2013 года с точки зрения элементарной логики — лишь демонстрация глупости. Объективно в условиях нормальной экономики Кабмин в этот период должен был бы рассматривать уже план “Энергоатома” на 2014 год.

Как бы то ни было, согласно окончательной версии основного финансового документа ядерного монополиста на 2013 год, под которой стоят подписи руководящих лиц, финплан “Энергоатома” утверждался, исходя из действующего тарифа 21,6 коп за 1 киловатт-час атомной электроэнергии до конца 2013 года.

Что это означает, ЭП писала не раз. Столь низкий тариф позволяет “Энергоатому” лишь выживать и дотировать более “козырные” направления. В число последних, помимо солнечной и ветровой генерации, удивительным образом затесалась тепловая энергетика, контролируемая преимущественно Ринатом Ахметовым.

Июльская версия финплана концептуально ничем не отличается от апрельского проекта-предшественника и полностью совпадает с ним по объемам и доходам продаж, а также по финансовому результату компании.

Однако этому финансовому плану присущ все тот же недостаток, который наблюдался на примере финплана “Нафтогаза”. В него закладываются параметры, не соответствующие реальному положению дел. О чем идет речь?

НКРЭ уже буквально спустя неделю после утверждения финплана повысила “Энергоатому” закупочный тариф с 1 августа на 0,6 коп до 22,2 коп за 1 киловатт-час. Да, 0,6 коп, что эквивалентно 600 млн грн дополнительного дохода “Энергоатома”, вряд ли существенно изменят структуру финплана эксплуатирующей организации.

Однако факт налицо: финплан, утвержденный правительством уже после фактического повышения тарифа, совершенно не соответствует реальности. Это апофеоз украинской власти.

Что будет с “гигантской” суммой — 600 млн грн? Как утверждают представители НАЭК, дополнительные 0,6 коп уйдут на покрытие дефицита средств на реализацию мероприятий по повышению ядерной безопасности.

Достаточно ли этого? Конечно же, нет.

Как известно, основное недовольство атомщиков в апрельском финплане компании вызывало наличие огромного дефицита средств на повышение ядерной безопасности — 2,4 млрд грн — и продление эксплуатационного ресурса энергоблоков.

Таким образом, повышение закупочной цены на электричество “Энергоатома” с 1 августа поможет атомщикам частично покрыть дефицит средств, но не до конца.

Как заявляют в компании, всего НАЭК для полной реализации инвестиционных, производственных и социальных программ необходим тариф 27,3 коп за 1 киловатт-час, то есть еще 5,1 коп. В финансовом плане об этом ни слова. Впрочем, как и в прочих решениях правительства.

Привилегированный класс атомщиков

В принципе, проблема тарифных нужд “Энергоатома” — ни для кого не секрет. Из года в год общественность слышит, как плохое государство обделяет тарифом несчастный и недофинансируемый “Энергоатом”.

Ситуация, когда государственная компания постоянно жалуется на само же государство, для постороннего наблюдателя выглядит противоречивой и нелепой.

Особенно когда одни и те же жалующиеся лица утверждают, что “Энергоатом” и впредь должен оставаться государственным и ни в коем случае нельзя допустить приватизации ядерной энергетики.

Что-то тут неладно. Нужно что-то менять: либо государство, либо “Энергоатом”. Поскольку государство поменять сложнее, возможно, стоит поинтересоваться, все ли в порядке с обиженной НАЭК.

Для этого стоит вернуться к финплану НАЭК. Итак, несмотря на якобы хронический дефицит капитальных вложений в ядерную отрасль и то, что компания не развивается, фонд заработной платы в ней растет, а численность безмерно раздутого персонала не снижается.

Данная таблица взята из “Информации о финансовом плане ГП “НАЭК “Энергоатом” на 2013 год”, документа, которым компания аргументировала статьи затрат перед правительством. Впрочем, в протоколе согласования позиций по статьям тарифа между “Энергоатомом” и Минфином названа другая цифра планового фонда оплаты труда — 3 758 583 тыс грн.

В самом же тексте утвержденного финплана в строке “Расходы на оплату труда” значатся уже 3 655 377 тыс грн. Это при себестоимости реализованной НАЭК продукции 12 856 млн грн и общих расходах 17 418 млн грн.

Если следовать этому показателю, средняя зарплата на госпредприятии, которое насчитывает 35 112 тружеников, в пересчете превышает 1 тыс долл. Представители Госинспекции ядерного регулирования такой зарплате могли бы лишь позавидовать.

В памяти также всплывают слова менеджера одного из облэнерго: “Чем полуголодный электрик из райцентра, который лезет в морозную стужу на опору, хуже девушки из теплого офиса “Энергоатома”, которая перекладывает бумажки?”.

Вопрос далеко не праздный, если учесть существенные разрывы в уровнях зарплат между разными видами энергокомпаний. Да и в целом среднюю зарплату размером более 1 тыс долл вряд ли удастся найти в каком-либо другом сегменте национальной экономики. Складывается впечатление, что в Украине введена отраслевая сегрегация общества по принципу “атомщик — неатомщик”.

Конечно, атомщики в ответ расскажут о необходимости сохранения престижности труда в ядерной отрасли и предотвращении утечки персонала, а также о сакральном и неприкосновенном смысле самого понятия “ядерная энергетика”. То есть “Энергоатом” трогать нельзя по определению.

Однако при существующих условиях работы убегать из “Энергоатома” мало кто решится. Дело в том, что в энергетике существует понятие “штатный коэффициент”.

Если поделить численность работников НАЭК на установленную мощность украинских атомных электростанций — 13,8 ГВт, получится цифра 2,5 человека на 1 МВт. Для сравнения: в развитых странах подобный коэффициент составляет 0,5-0,6 человека при рекомендуемой величине 0,75.

Наверное, ни у кого из здравомыслящих людей не возникнет возражений: если оператор на АЭС будет зарабатывать даже не одну, а несколько тысяч долларов — оператор того заслуживает, так как для его полноценной образовательно-производственной подготовки требуется не менее 15 лет.

Однако при чем тут атомный колхоз? Кстати, как раз оперативник может из компании и сбежать.

Безусловно, размер фонда зарплаты не является определяющим в структуре цены атомного киловатт-часа, и проблема заниженного тарифа существует.

По информации директора по экономике НАЭК Николая Рачина, цена атомного киловатт-часа в Украине в 1,3-2,1 раза ниже, чем в других странах.

При этом если к фонду зарплаты “Энергоатома” приплюсовать 5 млрд грн расходов на ядерное топливо, а также общую сумму выплат в бюджет в размере 6,4 млрд грн, выяснится, что на все прочие эксплуатационные и инвестиционные нужды у компании остается не так много средств.

Тем не менее, именно факт роста зарплаты для избыточного персонала в условиях отсутствия достаточных средств на повышение ядерной безопасности и обновление фондов является весьма показательным, так как подтверждает ранее сделанное ЭП предположение: интересы “Энергоатома” как социального института и интересы самой ядерной отрасли — это не всегда одно и то же.

Можно, конечно, сделать скидку на особенности украинского трудового законодательства и активность атомного профсоюза. Однако остается вопрос: что тогда является приоритетом в деятельности “Энергоатома” — повышение ядерной безопасности или рост благосостояния работников компании?

Олег КИЛЬНИЦКИЙ, главный редактор информационного портала Центра исследования энергетики

Зарегистрируйтесь для добавления комментариев

Новости