Татарская АЭСТатарская АЭС
В Камских полянах очищают развалы когда-то легендарной стройки – стройки атомной электростанции. На сегодняшний день о готовящемся грандиозном проекте практически ничего неизвестно. «Полезная газета» попыталась узнать, что происходит в Камских полянах и к чему приведет возобновление строительства Татарской АЭС.

В середине прошлого года эта новость взбудоражила всю республику. Согласно распоряжению Правительства была утверждена схема территориального планирования страны в области энергетики. В перечне атомных электростанций, строительство или расширение которых планируется осуществить до 2030 года, обнаружилась АЭС-6 – Татарская АЭС в Нижнекамском районе. Правительственный документ приводит аргумент – дефицит энергобаланса Татарстана.

Татьяна Чернышева, кандидат географических наук, директор Набережночелнинского филиала ИЭУП:

– Электроэнергии нам не хватает. Город снабжает не Нижнекамская ГЭС, а Набережночелнинская ТЭЦ, и энергия, которая идёт извне, с других электростанций республики. В то же время любое развитие производства требует электроэнергии, поэтому, если Татарстан стремится к промышленному развитию, правительство должно предусмотреть ее источник. В последнее время в республике были построены большие производственные комплексы, нагрузка на существующие станции выросла. Так что предприятия нуждаются в энергоресурсах.

Зона отчуждения или строительный полигон?

После остановки строительства атомного объекта нижняя площадка небольшого городка мгновенно опустела. Одинокий бетонный монолит так и не запустившегося реактора остался стоять посреди бескрайних полей. А ведь в конце 80-х это была одна из грандиозных строек века. Тогда в Камские поляны съехались специалисты и рабочие почти со всех уголков Советского Союза. Часть уехала обратно, часть осталась здесь без работы. На протяжении почти двух десятилетий как камполянцы, так и жители соседних деревень и сел буквально растащили бывшую стройку по крупицам.

Летом прошлого года жизнь на нижней площадке зародилась вновь. Привезли специальную технику, наемных людей и дали задание – сравнять все с землей. Пожалуй, подробностей о строительстве немного, информация засекречена. После разговора с руководителем исполкома Камских полян Ринатом Салахутдиновым стало понятно, что многого нам не скажут: «Ничего не знаю, и официальной информации у меня нет». Ответ для главы поселка довольно странный: под боком сносят строения и как это вы не в курсе, что это? Ситуацию не смогли прокомментировать ни в Минпромторге, ни в Минэкологии, а в пресс-службе правительства Татарстана нас вновь отправили в Камполяны.

Наши коллеги из «МК в Поволжье» направили редакционный запрос в Министерство энергетики РФ с просьбой сообщить, какой орган государственной власти РТ предоставил сводное заключение на проект схемы территориального планирования РФ в области энергетики. А заодно – предоставить редакции копию документа. Ответ поступил от главного специалиста отдела по связям с общественностью Министерства энергетики РФ Галины Кузьминой. В нем она сообщила, что проект был согласован Кабмином РТ. К ответу прилагалась копия письма за подписью премьера Ильдара Халикова.

Противники

Не так давно Вахитовский райсуд Казани рассмотрел дело в отношении одного из организаторов пикета против строительства Татарской АЭС. Председателю Антиядерного общества республики Альберту Гарапову вменили административное наказание в виде 30 часов общественных работ и объяснили тем, что митингующие нарушили ряд правил проведения пикета.

– В конце апреля мы провели традиционный пикет в честь годовщины Чернобыльской аварии и против строительства ТатАЭС, – рассказывает Альберт Фаритович. – Подобные пикеты проводим уже более 20 лет, и такой инцидент произошел с нами впервые.

Наверное, не нужно объяснять, почему в республике есть противники возобновления строительства атомного объекта. Один из главных аргументов – судьба Чернобыльской АЭС. Ведь если рванет, трагедия, произошедшая на Украине 25 лет назад, покажется детской шалостью.

– Существует специальное программное обеспечение, которое позволяет моделировать распространение подобного рода выбросов, – говорит заведующий кафедрой атомных электрических станций и техносферной безопасности филиала Национального исследовательского ядерного университета «МИФИ» Волгодонского инженерно-технического института Ирина Бубликова. – На территории, где работает или строится АЭС, учитываются все исходные характеристики: погода, состояние атмосферы, особенности температуры и многое другое. Занимается этим Центр общественной информации атомных станций. Они контролируют внешнюю радиационную обстановку. У них есть специальные программы, позволяющие определить, в каком направлении будет идти радиоактивный выброс.

Ученые, непосредственно связанные с ядерной физикой, очень скептически относятся к возникновению всевозможных ЧП на АЭС.

– Современные станции безопасны, – говорит один их сотрудников учебной лаборатории Института физики К(П)ФУ. – Вы можете находиться прямо на теле реактора. Уровень предельно допустимых доз радиации в них не превышен. Сейчас Ростехнадзор очень серьезно относится к своей работе. Все современные реакторы стабильные, и такие проблемы, которые были на Чернобыльской АЭС, исключены. По последним рассекреченным данным та же самая Фукусима была построена по старым технологиям и была устойчива к землетрясениям. А, как известно, в Японии они бывают чуть ли не каждый день. Ситуацию усугубило только хлынувшее цунами. На природную катастрофу такого масштаба мало кто рассчитывал.

Однако взрывы, которые потрясли Чернобыль и Японию, не единственная проблема, которая может коснуться нашей Татарской АЭС.

– Проблема скопления радиоактивного мусора в нашей стране не решена до сих пор. А после каждой атомной станции остается саркофаг. Вы себе можете представить, какую радиоактивную свалку мы оставим нашему будущему поколению? – задается вопросом главный антиядерщик Татарстана, физик по образованию Альберт Гарапов. – В-третьих, станция запланирована на тектоническом разломе, то есть небольшое землетрясение может являть огромный риск. Тем более нефтедобычу пока никто не отменял, это все только усугубляет ситуацию. Рядом находится водохранилище, а сама атомная станция будет находиться ниже плотины Нижнекамской ГЭС. Если вдруг пойдет волна – затопит без проблем. Варианты экологической катастрофы разнообразны, а масштабы катастрофические.

То, что на территории Камских полян имеется тектонический разлом, подтверждает и кандидат географических наук, директор Набережночелнинского филиала ИЭУП Татьяна Чернышева:

– По сейсмическому состоянию территория нашей республики относится к той местности, где возможны землетрясения силой до 7 баллов. Такого мы пока не испытывали, максимум фиксировали не выше 3 баллов. Трясет нас практически каждый день, но на себе мы этого не чувствуем. Это так называемые техногенные землетрясения, и связаны они с выкачкой нефти. Имеющийся тектонический разлом не исключает возможности каких-то подвижек. Об этом заговорили еще в конце 80-х. Ученые проводили митинги и демонстрации и выступали против строительства. Все будет зависеть от того, как построят станцию, какая технология и система защиты там будет использоваться.

В плане радиационной угрозы большинство ученых панику не поднимают. По их словам, каждое происшествие, в том числе и на атомных станциях, подвергается тщательному анализу. После чего на объектах вносят ряд изменений, чтобы в будущем не допустить подобных инцидентов.

По данным Росатом, в России сегодня действует 10 атомных электростанций, которые вырабатывают около 16% всего производимого электричества. С 2004 года на российских АЭС не зафиксировано ни одного серьезного нарушения безопасности. Тем не менее, за всю историю существования атомных электростанций на некоторых из них случались страшные по своим последствиям аварии. Различные СМИ называют порядка 10 таких аварий, среди которых три катастрофы произошли в Японии.

Сторонники

Камские поляны продолжают оставаться местом с самым высоким уровнем безработицы в Татарстане. Жители поселка просто устали сидеть без денег и готовы пойти на любую работу. Большинству из них, чтобы прокормить свои семьи, приходится трудиться в Нижнекамске, Чистополе и Челнах. Однако, если откроется атомная электростанция, есть вероятность, что поселок станет закрытым городом.

– В СССР такие города жили хорошей жизнью, – продолжает Татьяна Чернышева. – Все они были на московском обеспечении. Вспомнить даже Арзамас 16. Эти моногорода работали на какую-то определенную цель: наука, промышленный комплекс или особое производство. Вероятность того, что Камполяны станут закрытым городом, крайне мала, поскольку подобные решения принимает исключительно президент РФ. Также есть закон о закрытых территориальных образованиях, который определяет, какие города могут стать закрытыми. Сегодня в России 42 подобных образования, в Приволжском федеральном округе их 9. В таких городах живет только 1% населения.

«Ну и пусть закрывают!», «Сколько лет уже сидим без работы, в поисках заработка ездим куда попало», «Молодежи некуда пойти, многие спиваются», «Взрыва не боимся, все равно всех накроет!» – вот основные фразы, которые журналист «Полезной газеты» услышал от жителей поселка.

А что сейчас?

В настоящее время на нижней площадке Камских полян продолжают сносить и разрушать возведенные ранее строения. В выходные дни там тихо и спокойно, но в будни работа идет. По словам рабочих они просто сносят бетонные плиты и отправляют их на переработку. Что появится в итоге на бескрайних полях, сказать сложно. Напомним, окончательное решение о возобновлении строительства Росатом еще не принял.

Руслан Асанов

Зарегистрируйтесь для добавления комментариев

Новости